Психология технического изобретательства

Ещё несколько десятков лет тому назад сочетание понятий психологии и изобретательства вызвало бы глубокое недоумение и психологов и техников… Что может быть общего между ними? Работа техника целиком направлена на внешний мир. Его сфера – фабрики, заводы, мастерские. Он мерит, вычисляет, взвешивает. Напротив, психолог ещё сравнительно недавно представлялся чисто кабинетным учёным, ушедшим в духовный мир и стремящимся разрешать отвлечённые, далёкие от практической жизни, вопросы.

Пропасть разделявшая техника от психолога, казалась настолько глубокой, что не могло являться вопроса об их взаимном сотрудничестве.

Однако время брало своё. В истории психологии совершилось много такого, что сильно приблизило её к технике. С другой стороны, углублённое изучение задач техники заставило и техников заинтересоваться психикой.

«Психология» в переводе с греческого, как известно обозначает «науку о душе». Под именем «души» («психе») древние греческие философы разумели то, что даёт жизнь и движение всему существующему. А так как живой человек чувствует, желает и мыслит, то выражением души считались наши мысли, чувства и желания.

Философы много спорили о том, в чём именно заключается «сущность души»: следует ли её считать материальной или напротив, совсем не похожей на материю, бессмертна ли она и т.д. Конечно, все эти вопросы не могли решаться путём научных наблюдений, так как «души» никто никогда не наблюдал в опыте. Можно было наблюдать только то, что считалось «проявлением души» – различные душевные процессы – чувства, мысли и желания. И вот постепенно психологи пришли к выводу, что все усилия должны быть направлены к изучению только того, что можно наблюдать в жизни и что в древние времена считалось «выражением души», т.е. к изучению переживаемых нами душевных состояний. Вопросы же о  том, что именно составляет последнюю ненаблюдаемую в опыте сущность этих состояний, решено было считать лежащими за пределами научной психологии.

Таким образом появилась новая, строго эмпирическая или опытная, психология, которую некоторые не бех иронии называли «психологией без души». Действительно, в новой психологии слово «душа» или совсем не употребляется, или о ней говорится только в смысле совокупности наблюдаемых нами душевных явлений.

Долгое время почти единственным средством для изучения душевной жизни было простое самонаблюдение. Психолог наблюдал свои собственны душевные переживания и сравнивал их с описанием переживаний других людей.

Но такой способ изучения душевной жизни оказался недостаточным. Уже в начале XIX века явилось стремление превратить психологию в более точную науку. Гербарт в 1822 году выступил в Берлине с докладом «О возможности и необходимости применять в психологии математику». Он доказывал, что математика может быть приложима всюду, где есть понятие величины. А в душевной жизни мы находим не мало величин: у нас бывает больше или меньше впечатлений, мы испытываем слабые или сильные волнения, наши мысли протекают скорее или медленнее, и т.д. При этом возникал конечно коренной вопрос: но как измерить силу памяти или внимания? Как зарегистрировать скорость мыслей? Разрешение этих задач потребовало долгой работы и большой глубины творчества.

В настоящее время психологи научились так обставить свои наблюдения над душевными процессами, что в результате является возможным выразить эти наблюдения определённым числом. Психологи научились измерять и скорость мыслей и длительность внимания, и напряжённость чувств, и силу воображения… Это достигается в процессе совершения разнообразных психологических экспериментов.

В 1987 году в Лейпциге (профессором Вундтом) была основана первая психологическая лаборатория, где систематически применялись различные приборы, помогавшие производить точные наблюдения над психическими процессами.

В настоящее время психологическая лаборатория по множеству применяемых там приборов гораздо более напоминает техническую мастерскую, чем кабинет философа. Механик является неизбежным сотрудником психологов.

С другой стороны, в последние десятилетия и в области техники произошли изменения, приблизившие её к психологии.

Стремясь увеличить производительность труда, представители фабричной и заводской промышленности поняли, какое громадное влияние на эту производительность оказывает психическое состояние рабочего, его общий умственный уровень, высота его памяти, внимания, сообразительности, скорость реакции, особенности его настроения, характер интересов, степень бодрости и утомления. Отсюда явилось естественное стремление с одной стороны производить целесообразный отбор рабочей силы, распределяя людей соответственно их способностям выполнить ту или другую работу, а с другой – изменять внешние условия самой работы таким образом, чтобы при этом обеспечивалась возможность наиболее благоприятного психического состояния рабочего. Подобного рода задачи требуют для своего разрешения специальных психологических знаний. И поэтому понятно, что психологи были привлечены на помощь технике.

Применения методов психологического исследования к улучшению фабричного и заводского дела в настоящее время совершается в двух формах:  первое, – психологи подвергают предварительному обследованию кандидатов на должности фабрично-заводских рабочих и устанавливают степень соответствия их психического уровня тем или другим требованиям, предъявленным к ним профессиональной работой; и второе, – они изучают внешние условия фабрично-заводской работы, с целью выяснить влияние этих условий на психические процессы рабочих. В результате этого получается, с одной стороны, более целесообразный профессиональный подбор рабочей силы, а с другой – улучшение технических условий фабрично-заводского труда.

Область психологических работ, направленных к улучшению технического дела, известна под именем психотехники, т.е. психология в её применении к технике.

В настоящее время психотехника, как известно, представляет собой обширную отрасль экспериментальной психологии. В Америке и Западной Европе почти ни одно крупное техническое предприятие не обходится без услуг психолога. В последнее время дело психотехники начинает прививаться и у нас.

Развитие всякой прикладной науки в значительной степени зависит от запросов окружающей жизни. За границей организаторы фабрично-заводских предприятий заинтересованы, прежде всего, вопросом, каким образом наиболее продуктивно использовать имеющиеся орудия производства и какие усовершенствования необходимо сделать, чтобы эти орудия стали ещё более производительными. Изучение творческих способностей рабочего лежит за пределами программы обычного психотехнического обследования.

У нас в этом отношении дело обстоит иначе. Революция призывает народные массы к широкому  строительству. Раздаётся громкое требование выдвигать из рабочей среды кандидатов на ответственные и организаторские должности. Делаются решительные попытки как можно скорее создать новую, революционную, рабочую интеллигенцию. Все эти стремления ярко отражаются на постановке нашей современной техники, и в особенности на вопросах связанных с техническим изобретательством.

В зарубежных странах техническое изобретательство является неотъемлемой принадлежностью квалифицированных специалистов. Изобретательство простых рабочих никого не интересует.

С точки зрения наших революционных лозунгов, всякий акт рабочего изобретательства представляется чрезвычайно важным. Нас интересует не только само изобретение, но и изобретатель. Изобретение может оказаться не оригинальным, потому что его автор был мало осведомлён в истории своего вопроса. Оно может оказаться не совершенным, потому что изобретатель был лишён необходимого технологического образования. Но само наличие изобретательства, сама способность к творчеству представляет собой несомненную ценность. И человек из рабочей среды, проявивший такую способность, заслуживает внимания. Его надо рассматривать, как культурную силу, которая при условии обучения и поощрения может стать ценным орудием строительства новой жизни.

Такие соображения заставляют признать вопрос рабочим изобретательство одной из самых современных задач нашей техники. Но эта техническая задача, в свою очередь, требует для своего разрешения не только технических, но и психологических методов работы.

Громадный поток изобретателей бурно предъявляет право на признание их творческих способностей. Как  разобраться в этих требованиях?

Когда речь идёт об одной только технической ценности данного изобретения, здесь ещё вполне можно ограничиться авторитетной справкой специалиста-техника. «Это изобретение хорошо, да не ново, а это ново – да технически нецелесообразно». Но эта оценка не исчерпывает вопроса. Может быть, сам изобретатель, сделавший по незнанию крупный технический промах, всё-таки представляет собой интересную творческую личность? Такой вопрос не входит в программу чисто технической экспертизы и лежит за пределами тех средств, которыми располагает техник, оценивающий представленное ему изобретение. Но как раз этот именно вопрос (о наличии творческих задатков изобретателя) должен войти в программу работы психотехника.

В последнее время вопрос о психотехническом исследовании изобретательства успел заинтересовать наших техников. Около года тому назад в кружке по общим вопросам техники (при Всесоюзной ассоциации инженеров), работающем под руководством инженера-механика П.К. Энгельмейера, организовалась специальная комиссия по изучению психологии технического изобретательства. Работая в этой комиссии, мне вместе с группой опытных инженеров, давно уже работающих в сфере изобретательства, удалось провести психотехническое исследование 29 изобретателей.

При нашей работе подвергались исследованию такие лица, которые были хорошо известны с точки зрения технической ценности предложенных ими изобретений. Одни из них являлись авторами оригинальных и научно обоснованных изобретений, другие – авторами мелких, но полезных усовершенствований, а третьи – творцами изобретений, технически неосуществимых или не имеющих никакой практической ценности.

Оценка технического значения изобретений велась совершенно независимо от психологического исследования изобретателя, –  и тем не менее между ними получилось полное соответствие. Группы авторов более ценных изобретений дали лучшие результаты при психологических экспериментах. Эта разница сказалась не столько в развитии чисто формальных умственных способностей (память, внимание, суждение), сколько в силе воображения и общем строе личности.

На способности к изобретательству заметно отражается влияние окружающей среды ( в особенности школьного образования), но ещё больше сказывается влияние счастливой природной организации. Вот почему иногда лица, лишённые систематического образования, дают более яркие примеры изобретательства, чем те, кому удалось пройти курс специального обучения. Но, конечно, самые лучшие результаты в смысле расцвета технического творчества обнаруживается в тех случаях, где природный талант соединяется с хорошей школой.

В связи с этим, возникает новый большой вопрос, тоже входящий в программу психотехники изобретательства: насколько те или другие формы школьного обучения могут содействовать развитию технического творчества или, напротив, тормозить его? Планомерная разработка проблем психотехники изобретательства поможет нам осветить этот ми все остальные вопросы целесообразной постановки общего и технического образования.

Психология технического изобретательства: 2 комментария

  • 12.04.2020 в 11:24
    Permalink

    Таким образом мы можем различить шесть основных степеней умственного развития. Первая из них характеризуется развитием речи в пределах обозначения окружающих предметов и обыч- ных действий. Люди, стоящие на этой ступени разви- тия, бывают способны выполнять несложную работу под чужим наблюдением. Вторая ступень умственного развития характери- зуется способностью усвоения грамоты. Этому соответ- ствует уменье выполнять какую-нибудь однообразную работу по данной инструкции без непосредственного чужого наблюдения. Третья ступень предполагает способность к систе- матическому усвоению конкретных знаний, а также способность вариировать свою работу в пределах зна- ния орудий своего производства. Четвертая степень умственного развития связана с наличием способности к усвоению систематических отвлеченных знаний и предполагает умение работать, сообразуясь с известными общими правилами. Пятая степень характеризуется наличием способ- ности к усвоению методов научного мышления и уме- нием работать, не только сообразуясь с известными общими правилами, но и самостоятельно устанавливая общие начала своей деятельности. Шестая степень умственного развития характери- зуется теми же признаками, как и пятая, только взя- тыми в более сложных формах. Эти степени умственного развития в общем соответ- ствуют тому, что переживает в разные периоды своего возраста человек, постепенно достигающий высоких степеней умственного совершенства. С этой точки зре- ния первая степень умственного развития соответствует времени детства, вторая — периоду воспитания в под- готовительных классах нормальной школы, третья — первой ступени обучения, четвертая — второй ступени обучения, пятая и шестая — периоду обучения в выс- шей школе и времени самостоятельной интеллектуаль- ной работы. Однако надо помнить, что описанные нами степени умственного развития связаны прежде всего не с опре- деленным возрастом человека, а с наличием тех или других психических процессов, делающих чело- века способным к выполнению той или другой деятель- ности. Возраст человека не всегда может соответство- вать той степени развития, которая обычно бывает с ним связана у нормально развивающегося человека. Мы часто встречаемся со случаями более раннего или за- поздалого развития. Нередко бывает, что человек, до- стигнув известной степени развития, так на ней и оста- ется, несмотря на свои идущие вперед годы. В некоторых случаях степень умственного развития человека прямо соответствует степени полученного им образования, иногда же она несколько отстает от нее или значительно ее перегоняет. Многочисленные исследования психологов показы- вают, что существует известное соответствие между степенью общего умственного развития человека и теми результатами, которые получаются при исследовании его памяти, внимания, процессов суждения и скорости умственной работы. Исследовав несколько тысяч лиц разного возраста, разных профессий и разных степеней интеллигентности, мне и моим сотрудникам удалось установить некоторые формы „пробных работ” (тестов), дающих результаты, очень характерные для общего уровня основных интел- лектуальных процессов \ Подробное описание наших 1 „Ум и труд”, Экспериментально-психологические исследования школьного и проф. труда в связи с проблемой проф. отбора. Под ред. А. П. Нечаева, М.—Л. 1926.

  • 13.04.2020 в 23:44
    Permalink

    теперь приходится признать, что вопросы технического изобретательства еще очень недостаточно освещены с психологической точки зрения. В течение последних тридцати лет и психологами и техниками был опубликован ряд сочинений, в кото- рых рассматривался вопрос о техническом творчестве, но рассмотрение этого вопроса, как признает и сам П. К. Энгельмейер, много писавший об этом предмете, не шло далее установки самых общих схем творческого процесса. Сточки зрения П. К. Эн- гельмейера во всяком полном процессе изобрете- ния следует различать три акта: создание идеи, выра- ботку схемы или подробного плана и осуществление вещи на деле. Очень близко к этой общей характери- стике технического творчества стоит и описание Р и б о1, но которому в процессе технического, так же как и ху- дожественного творчества следует различать три фа- зы: возникновение идеи, изобретение и применение. Подобного же рода общие схемы мы имеем и у других авторов. В этих схемах мы видим определенные по- пытки ближе наметить самый предмет исследования, выяснить психологическое сродство технического твор- чества с творчеством другого вида и наконец в самых общих чертах указать возможность индивидуальных различий в течении творческого процесса. Такие работы, конечно, имеют серьезное значение, помогая в первоначальной ориентировке среди богатого и пестрого материала, характеризующего техническое творчество. Но для практического решения многих вопросов, связанных с техническим изобретатель- ством, отвлеченный метод построения общих схем надо при знать недостаточным. Конкретные вопросы, ко- торые ставит нам жизнь, надо решать только вполне 1 Ribot Th., Essai sur VImagination creatrice, Paris 1900. конкретным методом. А таким методом в данном случае является лишь психологический эксперимент. Психолог должен вплотную подойти к техническому изобретателю, близко изучить его личность, вызвать и точно зарегистрировать типичные процессы его ду- шевной жизни, выяснить общий уровень его умствен- ного развития, степень его образования, силу вообра- жения, особенности его памяти и внимания, основные его интересы и главнейшие черты характера. В связи со всеми этими данными станут понятны и основные процессы его технического творчества. Но очевидно, что, сопоставляя личные особенности изобретателя с продуктами его изобретательства, психолог не может обойтись без самого тесного сотрудничества со специ- алистами в области техники. Для оценки характера технического изобретения и выделения из него того, что составляет действительный плод творческой мысли изобретателя, требуются определенные технические знания. И с этими знаниями техник должен в данном случае притти на помощь психологу. III. ОПЫТ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНО- ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ИЗУЧЕНИЯ ТЕХНИЧЕСКОГО ИЗОБРЕТАТЕЛЬСТВА Разбирая вопрос о методах исследования техниче- ской изобретательности, мы пришли к выводу, что наиболее плодотворных результатов в данном случае можно ожидать только при условии совместной работы психологов с техниками, и притом непременно на кон- кретном, живом материале.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *